Не прошло и года, как в международном прокате открылся для посетителей «Храм костей» — сиквел прошлогоднего хита «28 лет спустя», третьей части некогда легендарной зомби-франшизы. Сценарий, как и прежде, написал Алекс Гарленд, а Дэнни Бойла сменила амбициозная постановщица Ниа ДаКоста, у которой в 2025-м вышел по Генрику Ибсену «Гедда». Удалось ли ей превратить в высокую трагедию или хотя бы драму историю о живых мертвецах, выяснял Алексей Филиппов.
фото: «28 лет спустя: Храм костей» (2026) / Sony Pictures Releasing
2030 год, Великобритания уже 28 лет изолирована от соседей из-за пандемии ярости: загадочная хворь обращает людей в плотоядных мертвецов, которые с укусом передают вирус дальше. За четверть века англичане наловчились выживать среди зараженных, но и те слегка эволюционировали: например, появились особенно мощные особи-альфы, а еще зафиксирован минимум один случай зомби-беременности (младенцу вирус не передался). Исследовать этот безумный-безумный-безумный мир суждено 12-летнему Спайку (Элфи Уильямс), который в финале первой части, кажется, принял, что смерть (близких) неизбежна, но в этой предначертанности есть и нечто умиротворяющее. Другое дело — умереть от ножа садиста-фанатика в блондинистом парике, коих мальчуган повстречал сразу восьмерых.
«Храм костей» подхватывает сюжет «28 лет спустя» практически в том же месте, где закончился хоррор Дэнни Бойла и Алекса Гарленда: юный Спайк на дне опустошенного бассейна проходит испытание поединком. Банда, на которую он напоролся, — инфантильные сатанисты под руководством «сэра лорда» Джимми Кристала (Джек О’Коннелл). Чудом выживший сын священника, незадолго до конца света наслаждавшийся «Телепузиками», сколотил мини-секту, построенную на культе личности, ультранасилии да сказаниях о Тинки-Винки, Дипси, Ляле и По. В его группировке девушки и юноши подобострастно косплеят лидера: зовутся Джимми, носят парики и спортивные костюмы, убивают всех, кого пожелает голос в его голове. Спайку везет: он берет вверх над рослым соперником, за что получает новые имя и прическу. Теперь он обречен наблюдать за выходками Перстов, как шпану нарек предводитель.
фото: «28 лет спустя: Храм костей» (2026) / Sony Pictures Releasing
Сюжетную линию о негодяях, упивающихся правом сильного, оттеняют будни доктора Келсона (Рэйф Файнс), продолжающего возводить храм костей — склеп (британской) цивилизации, где на равных покоятся зомби и люди. Его белоснежный оссуарий сперва вызывает любопытство альфы Самсона (Чи Льюис-Парри), а затем и приспешников Джимми. Первый ищет в компании лекаря покой, что несут дротики с морфием, второй в глубине души надеется встретить отцовскую фигуру, чье внимание так старательно привлекает чудовищными жертвоприношениями. Именно второстепенный броманс преисполнившегося врача и смертоносного исполина, который начинает что-то припоминать из прошлой жизни, задает настроение фильма, качает эмоции, подобно сердцу.
В отличие от хаотичных порывов Джимми и Перстов, нелепых подражателей Алекса из «Заводного апельсина», посиделки Келсона и Самсона, в котором пробуждается забытый интерес к Луне, выглядят эффектнее и осмысленнее. Не только благодаря перфомансу Файнса, изредка пускающегося с мертвецом в пляс под Duran Duran, но минимальному развитию зомби-мифологии Гарленда. Поразительным образом «Храм костей» представляется не сиквелом, а спин-оффом: незначительной подробностью в масштабной саге о человечестве на пути к воскрешению. Некогда захватывающее приключение к землям, «откуда не видно моря», увиденное глазами напуганного подростка, резко мутировало в проповедь у костра, лишенную даже надежды на откровение. Всё, что Бойл так увлеченно презентовал 28 неделями ранее, обещая если не эволюцию жанра, то неожиданный шаг в развитии франшизы, свелось к трюизмам и шаржам.
фото: «28 лет спустя: Храм костей» (2026) / Sony Pictures Releasing
В этом смысле «Храм костей» повторяет судьбу предшественника 20-летней давности, когда за вдохновенным началом уже последовал лениво придуманный сиквел, который предусмотрительно доверяют постановщику с амбициями. «28 недель спустя» во многом потопили карьеру Хуана Карлоса Фреснадильо («Интакто»), у Ниа ДаКосты резюме более впечатляющее («Кэндимэн», «Капитан Марвел 2»), но и вистов зомби-хоррор ей вряд ли добавит. Усилия режиссерки с постоянным оператором Шоном Боббиттом («12 лет рабства», «Место под соснами») достигают меньшего эффекта, потому что во второй части Гарленд решил, будто его сильная сторона не ворлдбилдинг широкими мазками, а публицистика. В более камерном продолжении снижены динамика и количество локаций, а роль проводника, задающего взгляд и нерв, во многом от Спайка переходит к доктору Келсону — человеку, который всё для себя понял и давно готовится к смерти.
Контраст между двумя фильмами лучше всего описывает мем «born to кататься forced to возить саночки»: конструкция Бойла и Гарленда мгновенно рассыпается, когда нужно не просто запульнуть в кадр образы и темы, но как-то их развить и объяснить. Козырь «расскажут потом», относительно справедливый для «28 лет спустя», в итоге бьет по «Храму костей», где новых идей, визуальных и концептуальных, оказалось на абзац в фан-сообществе (даже фаер-шоу под Iron Maiden звучит увлекательнее, чем выглядит). Получится ли у Спайка в тандеме с Джимми Инк (Эрин Келлиман), сбросившей парик и вернувшей имя Келли, вернуть серии фантазию и задор — большой вопрос. Прямо сейчас главный козырь — встреча со старым знакомым Джимом (Киллиан Мёрфи), которого ждали еще в прошлой серии. Есть подозрения, что всё-таки старого зомби новым трюкам не научишь.
«28 лет спустя: Храм из костей». Трейлер на английском языке